Кто самый ценный агент 20 столетия

Последнее задание Персея

1 мая 1952 года в штате Невада при отработке действий американской морской пехоты было произведено очередное успешное ядерное испытание. В том же году США взорвали первое в мире настоящее термоядерное устройство
Самая мощная в мире термоядерная авиабомба, до 100 мегатонн – экспонат музея ядерного оружия (Россия)
Клаус Фукс (слева), передавший СССР сведения об американском ядерном устройстве
Физик Эдвард Теллер, один из создателей водородной бомбы
Разведчик Александр Феклисов с женой (2004 год)

Кто передал Советскому Союзу принцип конструкции водородной бомбы?

Везунчик Холл
У советской разведки в Лос-Аламосе был еще один информатор: Теодор Элвин Холл, физик-экспериментатор, самый молодой научный сотрудник Манхэттенского проекта. Сын еврея-скорняка из Нью-Йорка, он четырнадцати лет от роду поступил в Колумбийский университет, а в восемнадцать окончил Гарвард. С января 1944 года он работал в Лос-Аламосе, где в совершенстве изучил метод имплозии – направленного внутрь взрыва, сжавшего плутониевые сегменты первой атомной бомбы до сверхкритического состояния и тем самым запустившего цепную реакцию. С осени 1944 года он снабжал советскую разведку ценной информацией об американском атомном проекте.
Сейчас известно, что Холл и Фукс действовали независимо, ни один из них не подозревал о существовании партнера. В дальнейшем Холлу повезло больше – во всяком случае, судьба уберегла его от тюрьмы. Холл окончил Чикагский университет, защитил диссертацию по биофизике и получил работу в нью-йоркском Институте онкологических исследований имени Слоана и Кеттеринга. В 1962 году он перебрался в Великобританию в знаменитую Кавендишскую лабораторию при Кембриджском университете. В Америку он возвращаться не стал.
Имя Холла выплыло лишь в середине 90-х годов, после того как был обнародован расшифрованный в рамках проекта «Венона» рапорт на имя начальника внешней разведки НКВД генерал-лейтенанта П.М. Фитина, где сообщалось о встрече Холла и Курнакова. Правда, в опубликованной тогда версии имя Холла старательно вымарали (он фигурировал и в других материалах «Веноны», но под кличкой Млад). Однако журналисты его быстро вычислили по приведенным биографическим данным – талантливый физик, 19 лет, сын скорняка, закончил Гарвард. В 1997 году Джозеф Олбрайт и Марсия Кунстел опубликовали книгу с подробным рассказом о тайной деятельности Холла. В беседах с авторами он практически признался в содеянном, но не настолько прямо, чтобы его можно было привлечь к суду.

Самый ценный агент
В 1992 году отставной полковник КГБ Владимир Чиков начал печатать воспоминания о делах тех давних дней. В частности, он утверждал, что советская разведка имела в Лос-Аламосе еще одного агента, спрятанного под кличкой Персей. Согласно Чикову, сначала ему присвоили кодовое имя Артур Филдинг.
С тех пор не затихают споры, существовал ли Персей на самом деле. В дешифровках «Веноны» он не поминается, однако в них фигурирует агент по кличке Перс. Одни эксперты уверены в подлинности Персея, другие считают его мифом. Позднее Чиков вроде открестился от него, однако искренне ли? С другой стороны, в апреле 1994 года существование Персея подтвердила российская Служба внешней разведки, а в октябре аналогичное заявление сделал завербовавший его агент Моррис Коэн. До сих пор этот вопрос так и не закрыт.
В 2009 году в США вышла книга «Ядерный экспресс: политическая история бомбы и ее распространения», написанная бывшими разработчиками американского атомного оружия Томасом Ридом и Дэнни Стиллманом. Рид и Стиллман убеждены, что Персей, он же Артур Филдинг (они предпочитают именно эту кличку) – отнюдь не выдумка Чикова. По их мнению, этот человек действительно работал в Лос-Аламосе и занимал там видные должности очень долго, вплоть до выхода на пенсию. Более того, они утверждают, что знают его настоящее имя. Стиллман вспоминает даже, что в середине 90-х он вычислил Филдинга и сообщил о нем в отделение ФБР в Санта-Фе. Однако сотрудник, которому Стиллман рассказал о своих подозрениях, заболел, а после выздоровления его перевели в другой город, и дело хода не получило. Поскольку Артура Филдинга больше нет в живых, авторы «Ядерного экспресса» не считают себя вправе открыть тайну его личности.
По мнению Рида и Стиллмана, Филдинг, подобно Фуксу и Холлу, сотрудничал с советской разведкой исключительно из идейных соображений. После войны он, по всей видимости, разлюбил Страну Советов и в конце концов разорвал контакты. Тем не менее, Москва о нем не забыла, хотя и не тревожила вплоть до ранней весны 1954 года. Тогда с Филдингом связался советский агент и попросил о последней услуге. Филдинг уступил и в благодарность был оставлен в покое до скончания своего века.
Услуга была весьма ценной. Ни много ни мало, Филдинг поделился основным принципом конструкции водородной бомбы, до которого советские ученые тогда еще не дошли. Так что игра действительно стоила свеч.

Ядерный экспресс США–СССР
9 мая 1951 года в США было проведено атомное испытание «Джордж» с рекордной для того времени мощностью взрыва 225 килотонн. В центре атомного заряда, выполненного в форме бублика, находилась небольшая ампула со смесью жидкого дейтерия и трития, которая была сжата и нагрета рентгеновской радиацией. Результат «Джорджа» подтвердил практичность схемы Теллера-Улама и открыл путь к созданию настоящей водородной бомбы.
Он был пройден всего за полтора года. 31 октября 1952 года на тихоокеанском атолле Эниветок было взорвано первое в мире настоящее термоядерное устройство «Майк» высотой с двухэтажный дом и весом 82 тонны. Термоядерным горючим служила сжиженная дейтериево-тритиевая смесь, охлаждаемая жидким водородом. Общая мощность взрыва составила 10,4 мегатонны – почти 700 Хиросим. Четверть энергетического выхода дал водородный взрыв, остальное – урановая оболочка. Математический анализ показал, что рентгеновские лучи сжали дейтерий до фантастического давления в 72 миллиона атмосфер. Эта была именно та сверхбомба, о которой долгие годы мечтал Теллер.
Теперь вернемся к Фуксу и фон Нейману. Дело в том, что радиационное сжатие термоядерного горючего первыми предложили именно эти ученые – за шесть с половиной лет до подрыва «Майка». До сих пор непонятно, узнали ли об этом советские физики. Во всяком случае, в известных мне источниках нет никаких сведений, что советская разведка положила на стол разработчиков ядерного оружия идею радиационной имплозии в версии фон Неймана и Фукса.
1 марта 1954 года на атолле Бикини в ходе испытания «Браво» американцы взорвали свой второй термоядерный заряд. Мощность «Браво» в полтора раза превзошла мощность «Майка» – 15 мегатонн! За следующие семь недель на том же полигоне взорвали еще 4 водородных заряда меньшей, но тоже мегатонной мощности.
К этому времени СССР испытал взрывное устройство много меньшей мощности РДС-6с, начиненное дейтеридом лития. Это была так называемая «слойка», система вроде теллеровского «будильника», самостоятельно разработанная Андреем Сахаровым и его коллегами. 12 августа 1953 года она была взорвана на полигоне под Семипалатинском. Мощность взрыва составила 400 килотонн, причем на долю термоядерной начинки пришлось не более 20 процентов общего выхода энергии. Больших мощностей «слоеные» системы дать не могли, и конструкторы это превосходно понимали.
14 января 1954 года Андрей Сахаров и Яков Зельдович направили Харитону докладную записку с предложением двухфазной конструкции водородной бомбы, где термоядерный блок должен был сжиматься горячим газом, образовавшимся после подрыва атомного запала. Отсюда следует, что в это время советские физики еще не дошли до понимания возможности лучевого обжима термоядерного топлива. А 22 ноября 1955 года Советский Союз испытал настоящую водородную авиабомбу РДС-37 мощностью 1,6 мегатонны, работающую на принципе радиационной имплозии. Возникает законный вопрос: когда и как была заполнена эта лакуна?
Здесь-то и начинается область догадок, куда авторы «Ядерного экспресса» поселили таинственного Артура Филдинга. Стиллман пишет, что имел беседу с научным руководителем Арзамаса-16 Юлием Харитоном и тот сказал, что в марте или апреле 1954 года механизм радиационной имплозии первым предложил Яков Зельдович. Сахаров в своих мемуарах утверждает, что тогда к этому заключению одновременно пришли как он сам, так и еще несколько теоретиков. А вот Рид со Стиллманом полагают, что информация о радиационном сжатии прибыла от Филдинга. По их мнению, в конце марта 1954 года с ним связался советский агент и потребовал сведений о принципе работы «Браво» (возможно, под угрозой разоблачения). Филдинг не смог отказаться и выдал секрет радиационной имплозии. Этого вполне хватило – все остальное советские ученые сделали сами.
Подкрепляют ли эту гипотезу какие-либо независимые источники? Мне удалось отыскать единственное косвенное подтверждение. В марте 1996 года в Дубне проходила конференция по истории ядерных вооружений. Среди докладчиков был сотрудник Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики Герман Гончаров, который имел возможность ознакомиться с целым рядом ранее засекреченных архивных данных (его статья в том же году была опубликована в «Успехах физических наук» и в американском журнале Physics Today). Гончаров сообщил, что в октябре 1947 года советская разведка раздобыла информацию о том, что группа Теллера обдумывает возможность термоядерной реакции в среде из дейтерия, трития и лития.
Такие сведения могли прийти только от человека, непосредственно причастного к разработке американской водородной бомбы либо, как минимум, имевшего тесные связи с Теллером или его окружением. Им не мог быть ни Холл, который в то время учился в аспирантуре Чикагского университета, ни давно возвратившийся в Англию Фукс. Остается предполагать, что у советских спецслужб в Лос-Аламосе оставался хотя бы один хорошо осведомленный информатор. Быть может, это и был мистер Филдинг.

Содержание

Это интересно:  Знак Начинающий водитель" по ПДД: обязателен или нет в 2019, штраф"

Кто самый ценный агент 20 столетия

Этот «крот» за свою двадцатипятилетнюю предательскую деятельность на иностранные разведки выдал ФБР и ЦРУ свыше полутора тысяч агентов ГРУ. Считается, что на сотрудничество с западными спецслужбами генерала Полякова подтолкнула смерть трехмесячного сына – Главное разведывательное управление «зажало» 400 долларов на операцию ребенку, и это стало для Дмитрия Федоровича большим ударом.

Был разведчиком еще с войны

Начало карьеры будущего предателя было вполне успешным – Д. Ф. Поляков после школы учился в артиллерийском училище, воевал с первого дня Великой Отечественной. Сражался, судя по орденам Отечественной войны и Красной Звезды, достойно. Демобилизовался майором, последнее место службы – разветотделение штаба армии. В 1942 году Поляков вступил в партию.
После войны Д. Ф. Поляков учился в Академии имени Фрунзе, на курсах Генштаба, после чего его направили служить в ГРУ.

Почему перспективный специалист пошел на это

До 60-х годов офицер Главного разведывательного управления работал в Америке в представительстве Советского Союза в Военно-штабном комитете Организации Объединенных Наций. У Полякова заболел трехмесячный сын, ему необходимо было делать срочную операцию, которая стоила 400 долларов. Не имея такой суммы, Дмитрий Федорович хотел было занять ее у резидента ГРУ И. А. Склярова. Но тот, связавшись с Центром, получил «сверху» отказ. Мальчик в результате умер.
Историки спецслужб считают, что ярый сталинист Поляков давно хотел насолить режиму Хрущева, развенчавшего культ «отца народов», а смерть сына только катализировала процесс предательства.

Кого и кому он сдавал

Считается, что свой первый шаг к предательству Д. Ф. Поляков сделал в ноябре 1961 года, выйдя на офицера ФБР с предложением о сотрудничестве. Разведчик к тому времени был заместителем резидента ГРУ по нелегальной работе в Америке. Сначала Поляков сдал внутренней разведке США несколько шифровальщиков, трудившихся под прикрытием в советских представительствах в Америке.
На Федеральное бюро расследований «крот» ГРУ работал под оперативным псевдонимом «Tophat» (в переводе с английского «цилиндр»). Через две недели после первого контакта с ФБР состоялся второй, более «продуктивный» – Поляков сдал почти 50 своих коллег и агентов КГБ, действовавших на тот момент в Америке. Впоследствии предатель «сливал» американской спецслужбе информацию о нелегальных агентах советской разведки, подсказывал, кого из них можно завербовать. Передавал секретные документы, которые впоследствии использовались в качестве учебных пособий в ФБР.
Менее чем через год после начала работы на ФБР Д. Ф. Поляков стал сотрудничать с ЦРУ.

Двойной «Бурбон»

Под таким оперативным псевдонимом Поляков с начала июня 1962 года работал на ЦРУ. Тем временем его карьера в ГРУ стремительно росла. «Крот» курировал разведывательные аппараты спецслужбы в Нью-Йорке и Вашингтоне. Бывая в Москве, Поляков передавал секретные документы и ценные сведения через тайники. Таким образом он способствовал переправке на Запад телефонных справочников военного Генштаба и своей собственной организации.
Когда одна из американских газет в публикации, рассказывающей о суде над теми, кого выдал Поляков, упомянула о нем самом, офицера ГРУ в Америку пускать перестали. В дальнейшем «крот» занимался организацией и контролем резидентуры на афро-азиатском направлении, в 70-х годах работал в Индии, преподавал в Военно-дипломатической академии.

Как его разоблачили

Выйдя на пенсию в 1980 году, Поляков продолжал работать в кадровом управлении ГРУ в качестве вольнонаемного и на протяжении еще 6 лет не прекращал исправно поставлять ЦРУ секретную информацию, к которой и теперь имел доступ.
Раскрыть его удалось уже при помощи одного из американских «кротов» из ЦРУ, завербованного советской разведкой. В июле 1986 года Полякова арестовали, судили и приговорили к высшей мере наказания. В начале весны 1988 года «крот» был расстрелян. Говорили, что в мае того же года за Полякова Горбачева просил сам Рейган. Но президент США опоздал на два месяца.
Подсчитано, что за четверть века своего предательства Поляков передал западной разведке в общей сложности свыше 20 ящиков с секретными документами и сдал более 1600 агентов советских спецслужб.

Они изменили мир: самые влиятельные люди 20-го века

Жизнь некоторых людей тиха и спокойна. Но есть в истории человечества личности, о которых говорят, что это они вращают планету и творят будущее. В нашу подборку попали самые влиятельные люди минувшего столетия, работа и творчество которых оказали влияние на жизнь всей планеты.

Александр Флеминг

Флеминг был шотландским бактериологом и лауреатом Нобелевской премии. Это он подарил миру одно из величайших благ – пенициллин. Благодаря антибиотику были спасены сотни тысяч жизней, а многие болезни, еще какую-то сотню лет назад считавшиеся смертельными, сегодня не относятся к опасным.

Его наиболее известные открытия – лизоцим фермента в 1923 году и антибиотическое вещество пенициллин из формы Penicillium notatum в 1928 году.

Принцесса Диана

Она была знаковой фигурой конца ХХ века. Ее называли самым фотографируемым человеком, а также персоной, которая появилась на обложке People наибольшее число раз.

Она олицетворяла женскую красоту и утонченность. Но леди Ди находила время и силы не только на приемы и балы: она сделала огромный вклад в гуманитарные и новаторские программы, поддерживала антивоенные кампании, лично курировала научно-исследовательские центры по борьбе со СПИДом и раком, занималась благотворительностью. Диана искренне стремилась сделать так, чтобы жизнь людей в разных уголках планеты стала лучше.

Уолт Дисней

Уолт Дисней, один из самых влиятельных людей столетия, был американским предпринимателем, аниматором, актером и продюсером фильмов. Новатор американской анимационной индустрии, он представил несколько разработок в производстве мультфильмов. Он считается по-настоящему культовой фигурой мировой мультипликации.

И сегодня многие взрослые люди находят время на то, чтобы хотя бы иногда погрузиться в волшебный мир диснеевских сказок.

Уинстон Черчилль

Он был британским политиком и блестящим оратором, занимал пост премьер-министра в годы Второй мировой войны. Он также был офицером британской армии, историком и художником.

Черчилль получил Нобелевскую премию по литературе и был первым иностранцем, получившим звание почетного гражданина Соединенных Штатов. Черчилль был известен своим упорным сопротивлением Гитлеру в самые темные часы Второй мировой.

Пабло Пикассо

Испанский живописец, скульптор, керамист и поэт, он стал одним из самых влиятельных деятелей искусства своего времени.

Пикассо в совершенстве владел множеством техник, но его талант не позволял ему ограничиваться суровыми рамками реализма: Пикассо играл формой, выворачивал ее по-своему, творил с ней все, что хотел. Позволить себе такие вольности может только истинный гений.

Махатма Ганди

Махатма Ганди был известным индийским политическим лидером, который выступал за независимость Индии. Он использовал ненасильственные принципы и выступал за мирные способы урегулирования конфликтов.

Ганди был убит в 1948 году, вскоре после достижения своей жизненной цели – независимости Индии. Соотечественники до сих пор называют его отцом нации.

Иосиф Сталин

Он соответствовал своему «говорящему» псевдониму – действительно был словно стальным. Его персона вызывает множество споров и по сей день. Но нельзя не признать одного: Сталин был тем, кто смог остановить фашистскую военную машину.

Укрепив свою абсолютную власть, он отдал множество страшных приказов. Репрессии, ссылки, казни – суровая реальность сталинских времен. Он был абсолютным диктатором. Но его страна смогла не только одержать победу в самой страшной войне ХХ века, но и отстроить разрушенные города, освоить далекую целину, исследовать недра, создать лучшее в мире оружие и построить надежную оборону. И хотя его преемникам предстояло еще очень много работы, фундамент будущего могучего государства был заложен именно им.

Нельсон Мандела

Он сыграл важную роль в прекращении южноафриканского апартеида в XX веке. Это принесло ему Нобелевскую премию мира и… 20 лет тюрьмы.

Известный оппозиционер, сегодня он считается отцом демократии ЮАР, которому удалось объединить народ.

Адольф Гитлер

ХХ век был бы совсем другим, и карта мира сегодня, возможно, была бы другой, не окажи он такое влияние на историю. Поэтому Адольф Гитлер тоже попадает в наш список.

Да, его имя считается синонимом всего самого страшного и бесчеловечного. Но он, безусловно, был знаковой фигурой минувшего столетия. А во время расцвета его могущества – самым влиятельным человеком планеты.

Альберт Эйнштейн

Сегодня всем известно, что E = MC 2 . Но мало кто знает, что теория относительности, проложила путь для атомной бомбы.

Эйнштейн возглавляет список самых влиятельных ученых минувшего столетия. Его наработки позволили науке значительно продвинуться вперед.

Сорок лет шпионажа с Лениным в сердце

В Великобритании скончалась старейшая советская агентесса КГБ Мелита Норвуд

В Лондоне умерла Мелита Норвуд. Обычная английская старушка, получавшая скромную пенсию, варившая джемы и выписывавшая газету «Морнинг стар». Она ничем не выделялась из тысяч других британских бабушек, живущих от Глазго до Дувра. Кроме одного — она была одним из самых ценных агентов КГБ, работавшим на советскую разведку почти 40 лет. Аналитики разведки, изучавшие ее дело, пришли в выводу, что по масштабам ущерба, причиненного Соединенному королевству, Норвуд можно сравнить с «Кембриджской пятеркой». В отличие от других шпионов, однако, Норвуд судебному преследованию не подверглась и тихо умерла в своей постели.

Мелита Норвуд родилась 25 марта 1912 года в городе Поксдаун. Ее отец, латышский политэмигрант Александр Зирнис, придерживался левых взглядов, был ярым социалистом. Позднее это обстоятельство позволило говорить историкам разведки о том, что взгляды отца в какой-то мере повлияли на дочь. Возможно, что это было действительно так — Александр Зирнис вел большую партийную работу, переводил на английский Ленина и Троцкого, был редактором им же созданной социалистической газеты.

Это интересно:  Отказ от иска в арбитражном

После смерти отца в 1919 году семья перебралась в Саутгемптон. Там Мелита Зирнис закончила школу, прослушала несколько курсов в университете, а потом решила попытать счастья в столице.

О, дивный новый мир

В 1930-х годах в Великобритании были очень сильны социалистические настроения. Именно поэтому советской разведке удалось в те годы завербовать в Соединенном королевстве ценных агентов. Во-первых, немало молодых британцев питали симпатии к СССР. Страна Советов виделась им настоящей стройкой будущего, где проводится в жизнь великий эксперимент по построению первого в мире свободного государства. По сравнению с СССР Великобритания казалась затхлой и вялой страной — в СССР строили новый мир, свободный от классовых предрассудков, мир, где человек мог свободно трудиться, где государство заботилось о гражданах, а те, в свою очередь, посвящали себя построению новой жизни.

К тому же Великобритания, как и остальной мир, была затронута Великой депрессией, что не прибавляло оптимизма молодежи. А в это время в СССР шли великие стройки, человек бросал вызов природе, там не было голодных и обездоленных, там жизнь была устроена так, что государство не оставляло своих граждан в беде. По крайней мере, так это виделось молодым англичанам, которые симпатизировали левому движению. Диктатура пролетариата виделась им совершенно необходимой и правильной мерой, они с жаром защищали поражение в правах так называемых «бывших», не замечали гонений на церковь, восхищались миролюбивой политикой СССР, одновременно приходя в восторг от кинохроники военных парадов на Красной площади, искренне считали, что жилищный вопрос в СССР решается единственно правильным способом.

Я обожала русских, но старательно скрывала это. Я была просто влюблена в Ленина. Старина Джо (И.Сталин) оказался не таким душкой, он не был на сто процентов правильным.

Вторым фактором, определявшим симпатии англичан к СССР, был фашизм. После поджога рейхстага и развязанной в Германии «охоты на коммунистических ведьм» левые англичане начали приходить к выводу, что единственная сила, способная обуздать «коричневую чуму» — это СССР. Один из советских агентов в Великобритании, член «Кембриджской пятерки» Энтони Блант позже вспоминал: «В середине тридцатых годов мне и многим моим современникам казалось, что коммунистическая партия и Россия составляют единственный прочный оплот против фашизма, поскольку западные демократии сформировали неопределенное и компрометирующее отношение к Германии».

Такое положение дел позволило советской разведке чувствовать себя в предвоенной Англии подобно рыбаку у пруда, где разводят карпов — вопрос был не в том, чтобы поймать рыбку, а в том, чтобы поймать рыбку пожирнее. Именно в это время НКВД были завербованы Берджесс, Филби и другие агенты. В их числе оказалась и Норвуд.

Еще в юности она вступила в Независимую партию лейбористов, после раскола которой Норвуд вступила в Компартию Великобритании. К тому времени она, во-первых, вышла замуж — за коммуниста и профсоюзного деятеля Хилари Норвуда, а во-вторых, нашла более или мене приличную работу — стала сотрудником «Ассоциации научных исследований цветных металлов». Ассоциация занималась координацией работы ученых и частных фирм, занимающихся проблемами сплавов и высоких технологий. Советской разведке не надо было объяснять важность этого направления…

«Великолепная пятерка», группа выпускников английского Тринити-колледжа в Кембридже, с середины 1930-х по 1950-е годы сотрудничавшая с советскими органами госбезопасности: Ким Филби, Гай Берджесс, Дональд Маклейн, Энтони Блант, Джон Кэрнкросс.

С 1937 по 1940 год Норвуд передавала научную и техническую документацию сотрудникам НКВД. Должность у нее была невысокой, но дающей доступ к массе самой разнообразной информации. Работая секретарем-референтом, она копировала все документы, проходившие через ее стол. Технического образования у нее не было, и поэтому сложно точно сказать, какие именно бумаги поступали от нее в Москву. Но, как считает английская контрразведка, — безусловно важные.

В 1940-е годы война шла не только на суше, в воздухе и на море. Закулисная война разведок шла с не меньшим размахом, а по своей изощренности превосходила войну открытую. Разведки держав старались добыть не только сведения о противнике, но и о планах союзников, что с точки зрения глав государств было оправданным. Одним из приоритетнейших направлений был сбор данных о ядерных программах противников и союзников. Английская разведка собирала сведения о немецких исследованиях в области «тяжелой воды», советская разведка пыталась проникнуть в тайны американского «Манхэттэнского проекта», американцы же ревниво оберегали свои ядерные секреты, но пытались выведать, что знают об этом русские и англичане.

Как позже выяснилось, русские об этом знали достаточно, чтобы ускорить работу над построением своей ядерной бомбы. Частью секреты добывались в США, частью — в Великобритании, с 1940 года занятой разработкой собственного ядерного оружия. Английский проект назывался «Туннельные сплавы» (Tube Alloys). Начиная с 1945 года Норвуд поставляла советской разведке материалы этого проекта. Фотокопии документов, сделанные ею, она передавала своему куратору в Лондоне. По мнению англичан, советское руководство знало о британской бомбе даже больше, чем кабинет министров Великобритании.

«Ассоциация научных исследований цветных металлов» являлась одной из ведущих организаций в проекте «Туннельные сплавы». В частности, основные направления исследований ассоциации касались никеля и меди. Исследуя свойства этих металлов, англичане стремились с их помощью получить изотопы урана-235. И результаты работы английских ученых ложились на столы их советских коллег.

Из соображений безопасности Норвуд встречалась с оперативниками для передачи материалов лишь несколько раз в году. В период с 1952-го по 1972 год связь с ней поддерживали сотрудники лондонской резидентуры: Евгений Белов, Георгий Трусевич, Николай Асимов, Виталий Цейров, Геннадий Мякинков и Лев Шерстнев. Некоторое время куратором Норвуд был известный впоследствии разведчик-нелегал Конон Молодый.

В целом, как считают английские историки, материалы, которые передала Норвуд в СССР, сильно помогли стране Советов в создании своего ядерного оружия. СССР произвел испытания атомной бомбы в 1949 году — Великобритания же только в 1952-м.

Норвуд спокойно продолжала делать свое дело. Она передавала разведданные и сумела завербовать нескольких агентов, также поставлявших СССР информацию военного и научно-технического характера. С советской разведкой она сотрудничала до 1972 года. Президиум Верховного Совета СССР закрытым постановлением наградил ее за заслуги орденом Боевого Красного знамени, а от КГБ СССР Норвуд была назначена пожизненная пенсия.

Прекратив деловые отношения с советской разведкой, Норвуд продолжала оставаться убежденной коммунисткой. После смерти мужа в 1986 году она жила одна, по-прежнему участвовала в левом движении и читала коммунистическую газету «Морнинг стар». Соседи считали ее милой пожилой леди, у которой был свой «пунктик» на коммунизме, но в целом — абсолютно безвредной. В 1999 году это мнение им пришлось изменить.

А вас, Штирлиц, я попрошу остаться.

Впервые подозрения в адрес Норвуд возникли у английских контрразведчиков после войны. Изначально почвой для подозрений послужили ее коммунистические убеждения, которые она особо не скрывала. Ее длительное время проверяли, сомневались, но после тщательного анализа все же пришли к выводу, что она является агентом КГБ. Однако никаких доказательств у контрразведки не было, а без них нечего было и думать о предъявлении ей обвинения. По крайней мере, такая версия была озвучена контрразведкой Соединенного королевства после того, как имя Норвуд стало известно широкой публике в конце 1990-х годов. Впрочем, к утверждениям спецслужб о том, что они давно значли о причастности Норвуд к шпионажу, стоит относиться с осторожностью — не исключено, что за этой версией стоит просто попытка хоть как-то спасти честь мундира.

Разоблачил Мелиту Норвуд советский перебежчик. Василий Никитович Митрохин работал в архивном отделе Первого главного управления КГБ, отвечавшем за внешнюю разведку. Когда в 1972 году разведка переезжала в новое здание, построенное для нее на московской окраине Ясенево, Митрохин решил воспользоваться этим обстоятельством. Он начал копировать все документы, к которым имел допуск. Митрохин выбирал наиболее интересные дела и переписывал их мелким почерком на листах бумаги. Копии он выносил из здания, спрятав в ботинки, дома перепечатывал, а затем отвозил к себе на дачу, где и прятал.

За двенадцать лет работы, с 1972 по 1984 год, Митрохин сумел откопировать большой объем информации: среди бумаг были материалы о внешних операциях КГБ, имена офицеров, агентов и информаторов КГБ, а также отчеты шпионов едва ли не со всего мира. Его «архив» размером в несколько тысяч страниц охватывал операции советской внешней разведки примерно за полвека, с 1930-х по 1980-е годы.

В 1984 году майор Митрохин вышел на пенсию. После развала СССР отставной офицер задумался о своей судьбе. Жизнь пенсионера в постсоветской России его явно не привлекала. Будучи человеком неглупым, он прекрасно понимал, что товар, который находится у него, можно продать за фантастическую цену — если найти правильного покупателя.

В 1992 году он поехал в Ригу, захватив с собой малую часть своего архива. Сначала он обратился к американцам, но они Митрохина отшили, посчитав сообщения бывшего майора о ценнейших документах вымыслом. К тому же у него на руках были копии, а не оригиналы, а значит, велика была вероятность либо подделки, либо хитроумной дезинформации КГБ. К тому же посольство и так едва справлялось с наплывом желающих поскорее покинуть СССР, и Митрохину вежливо отказали. Позже за этот отказ ряд сотрудников ЦРУ лишились своих постов…

Это интересно:  На Сколько Можно Отключать Воду По Закону

Митрохин попробовал резервный вариант — обратился в британское посольство. И не прогадал — сотрудники спецслужб после нескольких бесед с Митрохиным проинформировали Лондон и получили добро на работу с новым агентом. В Великобритании тем временем ему и его семье были подготовлены новые документы, дом и хорошая пенсия. 7 сентября 1992 года Митрохин с супругой с помощью сотрудников разведки оказались в Лондоне.

Однако большая часть архива Митрохина осталась закопанной на подмосковной даче. В Россию был направлен сотрудник английской разведки Ричард Томлинсон, позже прославившийся тем, что опубликовал скандальную книгу о своей организации и тайных операциях МИ-5. Он под дипломатическим прикрытием благополучно прибыл в Москву, откопал на даче Митрохина алюминиевые контейнеры и доставил их в британское посольство, откуда они моментально ушли в Лондон.

И грянул гром

Англичане немедленно приступили к разбору архива Митрохина. Постепенно их глазам открылась практически полная картина действий советской внешней разведки. По словам экспертов, работавших с архивом, «детализация материала и его точность были просто потрясающими». Наверное, попади к англичанам сам глава КГБ, они и то радовались бы меньше. Среди информации, которую передал Митрохин, упоминался агент «Хола». Проверив еще раз все сведения, контрразведка пришла к окончательному выводу, что этим агентом была Норвуд. И хотя предпринимать ничего не стала, поделилась информацией с разведками других стран.

Я и сейчас убеждена, что вовсе не работала против своей страны и не подрывала ее интересы. Но я сделала все возможное для того, чтобы социализм не отстал от Запада в гонке вооружений и мог себя защитить. Доведись мне снова пережить молодость, я повторила бы все это без колебаний.

В США грянул невиданный скандал. Руководители ЦРУ и ФБР обрушились с резкой критикой на британские спецслужбы за то, что те, по их мнению, вовремя не поделились ценнейшей информацией, напрямую затрагивающей интересы Америки. На что англичане резонно заметили, что у американцев был шанс получить перебежчика на блюдечке, но они его упустили. Тем не менее, у ФБР появилась возможность вновь обратиться к старым делам. В частности, с помощью архива Митрохина был разоблачен Роберт Липка, бывший сотрудник службы безопасности США, работавший на СССР с конца 1960-х годов.

Из архивных документов выяснилось, что КГБ предпринимал попытки завербовать сотрудников из администрации президента Картера. Кроме того, в архиве были копии телефонных разговоров тогдашнего госсекретаря Генри Киссинджера с президентом Никсоном. Также ФБР сумело выяснить, что в ряде крупных американских корпораций работали советские агенты, поставлявшие в Москву информацию оборонного характера.

В Германии было начато несколько десятков расследований по вопросам государственной безопасности. В Италии парламент создал специальную комиссию по расследованию деятельности более 200 видных итальянцев. Французская контрразведка начала проверять ряд политиков, в том числе и лиц, пользовавшихся доверием президента Франсуа Миттерана.

Но Митрохину, по всей вероятности, было мало того, что он передал английской разведке огромный массив документов. Постепенно его начало снедать тщеславие. В принципе, это объяснимо — он был тихим и неприметным сотрудником КГБ, ничем себя не проявившим, и ему хотелось получить свои 15 минут славы. Он начал требовать, чтобы хотя бы часть его архива была обнародована — как предупреждение будущему поколению. Митрохин неоднократно заявлял, что истинным мотивом его бегства на Запад стала ненависть к коммунизму и советскому режиму. Оказавшись в Англии, он возжелал выступить в роли наставника, указывающего на опасность разведывательного монстра. Не исключено, что он действительно верил в то, что говорил — с точки зрения психологии это явление достаточно частое. Хотя существует и другая точка зрения — Митрохин бежал на Запад, чтобы обеспечить себе спокойную старость, а оказавшись там, захотел поведать о своем поступке городу и миру.

После настойчивых просьб экс-майора, руководство спецслужб согласилось на публикацию части документов. Для работы над будущей книгой был приглашен один из самых известных английских историков и экспертов в области разведки Кристофер Эндрю. В свое время он вместе с бывшим офицером КГБ Олегом Гордиевским выпустил книгу «КГБ: История внешнеполитических операций от Ленина до Горбачева».

Вы пишите, вы пишите, вам зачтется.

В 1999 году в свет вышла книга толщиной почти в 1000 страниц «Архив Митрохина. КГБ в Европе и на Западе». Книга стала сенсацией в Англии и вызвала ряд скандалов. Выяснилось, что контрразведка скрыла от правительства и парламента не только содержание архива Василия Митрохина, но и решила не привлекать к суду разоблаченных агентов КГБ. Причины были тривиальны: контрразведчики считали, что английский суд не примет в качестве доказательств вины полузашифрованные копии митрохинских документов. Среди советских агентов, работавших в Англии, в книге была упомянута и Мелита Норвуд.

Комитет по безопасности палаты общин британского парламента предпринял расследование действий контрразведки МИ-5 в связи с разоблачением бывших агентов КГБ в Англии. Тогдашний глава МВД Великобритании Джек Стро, в чьем ведении находится британская контрразведка, встретился с директором МИ-5 Стивеном Линдером и выразил ему крайнее недовольство правительства действиями его службы в связи с архивом Митрохина.

Комитет получил доступ к оперативным документам МИ-5, опросил руководство и позже опубликовал отчет, в котором резко критиковались действия МИ-5 в отношении бывших советских агентов. Парламентский комитет также отметил, что МИ-5 превысила свои полномочия, ибо действовала без консультаций с правительством. «Мы полагаем, — говорилось в отчете, — что отказ службы безопасности допросить в свое время Мелиту Норвуд предотвратил возможное привлечение ее к суду». Парламентарии отметили, что в своих действиях по делу Норвуд МИ-5 прикрывалась превратно понятыми общественными интересами и нанесла серьезный ущерб доверию к своей деятельности со стороны парламента и правительства.

В отличие от Западной Европы, книга Митрохина в России ажиотажа не вызвала. А Служба внешней разведки (бывшее Первое главное управление КГБ) и вовсе отнеслась к шуму вокруг архива с изрядной долей скепсиса. По словам тогдашнего пресс-секретаря СВР Бориса Лабусова, пресса, писавшая о «невероятных разоблачениях», мягко скажем, преувеличивала их масштабы.

Действительно, в прессе упоминалось о 400 тысячах секретных документов — именно столько прошло через руки Митрохина. Но если прикинуть количество рабочих дней за двенадцать лет, вычесть праздники и отпуска, то получается, что Митрохин просматривал, изучал и конспектировал примерно по 170 документов в день. Если поделить это число на 8 часов, то получается многовато — основную работу в КГБ с него никто не снимал. К тому же Митрохин не был руководителем архива, а являлся обычным служащим, не имевшим персонального кабинета. Поэтому свою шпионскую деятельность Митрохин должен был проделывать на глазах у других сотрудников, что неминуемо вызвало бы подозрения, или урывками.

Ее прощальный поклон

Я уже стара, поэтому не могу полагаться на свою память, я была всего лишь клерком, а не специалистом; я хотела предотвратить поражение той системы, которая дала простым людям хлеб, образование и медицинскую помощь. Я считала, что документы, к которым я имела доступ, могут быть полезны для России и она сможет быть наравне с Великобританией, США и Германией. Вообще, я не одобряю шпионаж против собственной страны; я делала то, что делала, из лучших побуждений, хотя многим трудно это понять.

Норвуд встретила разоблачения Митрохина с удивительным спокойствием. Когда к ней примчались журналисты, она спокойно признала факт своего 40-летнего сотрудничества с советской разведкой: «Что сделано, то сделано. Я считала, что кое-что, к чему у меня был доступ, могло сдержать Британию, Америку и Германию». Когда один из журналистов спросил ее, сожалеет ли она о содеянном, Мелита просто ответила «нет».

Мелита Норвуд была одним из последних осколков Холодной войны. После развала мировой социалистической системы она уже безоговорочно принадлежала истории. Ее место там — в мире Чарльза Хайдера, Рональда Рейгана, Маргарет Тэтчер, противостояния великих держав, споров о будущем социализма, несокрушимой убежденности в правоте своего дела и беззаветной преданности этому делу. Норвуд безоговорочно верила в образ советского государства как лучшего государства в мире, и ее движущим мотивом была мысль о том, что должно быть «что-то» лучшее, чем капитализм.

Дело Норвуд подтвердило еще одну истину, о которой прекрасно осведомлены профессионалы спецслужб. Самые ценные шпионы — это не белозубые обаятельные Джеймсы Бонды в смокингах с Сэвил-Роу, лихо рассекающие пространство на всем, что ездит, с завязанными глазами стреляющие наповал с обеих рук и проникающие под покровом ночи в святая святых вражеских организаций, чтобы выкрасть оттуда как минимум планы захвата всей Земли и окрестностей.

Самые ценные агенты — это простые неприметные серые мышки, такие как Норвуд. Именно они поставляют любой серьезной спецслужбе основной массив информации, из которой добываются редкие крупинки золота. И кто знает, может быть, лет через 20 или 50 мир в очередной раз потрясет история обычного клерка, полжизни проработавшего на СВР или ЦРУ. И которого в очередной раз объявят «шпионом века».

Статья написана по материалам сайтов: app.russian7.ru, fb.ru, lenta.ru.

«

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий